Кентавр № 31

Лефевр В. »

| Кентавр № 31 (май 2003)

Поверим алгеброй мировую дисгармонию

версия для печати

В 2003 г. в издательстве «Когито-Центр» вышло русское, дополненное и исправленное, издание книги В.А.Лефевра «Алгебра совести». Первое ее, английское, издание появилось в 1982 г., а отрывки из нее были впервые опубликованы по-русски альманахом «Кентавр» в 1990 г. (www.circle.ru/kentavr/TEXTS/002LEF.ZIP). 

Напомним, что В.А.Лефевр с начала 1960-х гг. занимался исследованиями рефлексивных процессов и рефлексивных игр (первые результаты были опубликованы в книге «Конфликтующие структуры», М., «Советское радио», 1967, переиздание 1999 г.).

В последние четверть века В.А.Лефевр, уже находясь в США, разрабатывал серию модельных представлений, позволяющих описывать этическое поведение. В ходе этих разработок им был обнаружено, что можно формально построить две разные, но в равной степени непротиворечивые этические системы. В каждой системе существуют свои святые, герои и обыватели, но по своим проявлениям они сильно отличаются. А исходное различие заключено в следующем: компромисс может в принципе оцениваться либо положительно, либо отрицательно. В зависимости от того, какую из двух оценок мы вводим в систему аксиом, мы получаем две разные этические системы.

Опыт жизни, полученный В.А.Лефевром в СССР и в США, позволил ему сформулировать затем следующую гипотезу: две эти страны, два этих мира представляют собой социальную реализацию двух этических систем, выведенных формально. Специальные тесты и опросы позволили Лефевру удостовериться в этом выводе. К тому же заключению подталкивал и анализ классической литературы обеих стран.

Десять лет назад, когда карта мира была еще биполярной, а Россия – перестроечной, открытой для самокритики, можно было без особого внутреннего напряжения признать, что окружающий тебя в России социальный мир регулируется второй этической системой, в то время как в США он регулируется первой. Но сегодня, когда после 11.09.2001 на мировую арену вышла новая сила, заставляющая пересматривать картину мира, когда в облике человека начинают действовать такие существа, которых мы и помыслить себе не могли, которые, возможно, обладают вообще другой системой регулятивов, – однозначность отнесения показалась мне смазанной. С представителем ЭС-2 отождествляться, извините, уже не захотелось. А если уж мы принадлежим к ЭС-2, то надо бы ввести еще одну, третью, систему, равноудаленную и от первой, и от второй. Но возможно ли это формально?

Вот с такими достаточно смутными ощущениями произошел в начале марта 2003 г. (то есть до войны в Ираке)  мой короткий разговор с В.А.Лефевром, поводом для которого все-таки был выход книги «Алгебра совести» на русском языке.

Г.Копылов

Инт.: Владимир Александрович! Как вы считаете, описывается ли сегодняшняя «пост-террорис­тичес­кая» ситуация Вашими представлениями о двух этических системах?

В.Л.: Да, конечно; культурные различия заключаются в том, что идеальный человек первой этической системы (ЭС-1) стремится к жертвенному компромиссу, а идеальный человек ЭС-2 – к жертвенной конфронтации.

Инт.: И это все объясняет?

В.Л.: Да.

Инт.: И подготовку к войне с Ираком, которую ведут США, тоже?

В.Л.: Обратите внимание, что я сказал «идеальный человек». Вы уверены, что подготовку к войне ведут идеальные люди?

Инт.: Разумеется, нет. Но мой вопрос в другом. В английском варианте вашей книги Вы сравнивали две этические системы, которые Вы отождествили с западной и с советской. И это было убедительно и интересно. Неужели эта новая опасность, которая идет совершенно из других корней, – описывается этим противостоянием?

В.Л.: Давайте сначала попытаемся ответить на Ваш первый вопрос. У меня в книге (русское издание, с. 122) есть таблица групп нормативных индивидов в каждой из этических систем. Они вытекают из моей модели.

Рассмотрим первую этическую систему, где цель не оправдывает средства. Самого высокого индивида – а этические статусы в модели вычислимы – в этой этической системе я назвал святым. Он неагрессивен, стремится к компромиссу с партнером, имеет низкую самооценку. Этот компромисс жертвенен. Он, например, входит в чумной барак и не чувствует гордости от этого. Следующий по иерархии – герой: он неагрессивен, стремится к компромиссу и имеет высокую самооценку. Он тоже войдет в барак, но, как Наполеон, будет высоко держать голову. Третий нормативный индивид – обыватель. Он агрессивен, стремится к конфликту с партнером и имеет низкую самооценку. Четвертый – лицемер: агрессивен, стремится к конфликту с партнером и имеет высокую самооценку. Он, подойдя только на километр к чумному бараку, будет страшно гордиться этим.

Так вот, когда вы рассматриваете поведение, скажем, американских лидеров как нормативное, вы должны спросить тебя не то, к какой этической системе они принадлежат – они принадлежат к первой, потому что они воспитаны в ее рамках; вы должны спросить, какой нормативный индивидуум реализован в них.

Я думаю, что в них реализован лицемер. Ведь обратите внимание, как оформляется этот конфликт. Это же протянутая рука дружбы иракскому народу: освободить его от диктатора, от нищеты. Ведь не сказано, что иракский народ нужно уничтожить. Так что наш диагноз однозначен: в американской политике относительно Ирака реализуется – что?

Инт.: По вашей версии это первая этическая система, а нормативный индивид – лицемер.

В.Л.: Правильно. Вот я и ответил на ваш вопрос: как согласуется сегодняшнее поведение мировых лидеров с предсказаниями модели.

И не считайте, что ЭС-1 – это хорошая система, а ЭС-2 – плохая. Они разные. В каждой системе есть свои хорошие и плохие индивидуумы, высокие и низкие, только низость и высота у них проявляются по-разному.

Теперь относительно Вашего второго вопроса. Рассмотрим нормативных индивидов второй этической системы. В ЭС-2 жертвенный индивид, святой – он агрессивен, стремится к конфронтации, имеет низкую самооценку. В книге (с. 124-125) я проанализировал, как строится официальный портрет Ленина – он строится по трафарету этого типа. Но и Усама бен-Ладен ведет себя по трафарету жертвенного индивида ЭС-2! Он скромно в своих первых выступлениях после 11 сентября говорил, что это не он герой, что герои – команда. Он скромен. Подчеркивают отсутствие собственных заслуг.

Кстати, его поведение после взрывов было интерпретировано совершенно неправильно. Когда он от­рицал, что организовал этот взрыв, в США говори­ли, что он таится и боится. Нет, он просто скромен. Нескромно приписывать себе такой большой успех.

Это о святом во второй этической системе. Теперь герой – он агрессивен, стремится к конфликту, обладает высокой самооценкой. Это же – Че Гевара! И его образ так строился, и сам он олицетворял собой такого индивида. Обыватель: неагрессивен, стремится к компромиссу, имеет низкую самооценку – примерно так, с точки зрения арабов, ведут себя палестинцы, лояльные Израилю. И наконец лицемер: неагрессивен, стремится к компромиссу и имеет высокую самооценку: он дал 10 долларов в фонд борьбы против Израиля и считает себя героем.

Описание типов нормативных индивидов в этических системах

 

 

ЭС-1: Цель не оправдывает средства

 

ЭС-2: Цель оправдывает средства

Жертвенный индивид

Святой

Неагрессивен: стремится к компромиссу с партнером; имеет низкую самооценку

Агрессивен: стремится к конфликту с партнером; имеет низкую самооценку

Герой

Неагрессивен: стремится к компромиссу с партнером; имеет высокую самооценку

Агрессивен: стремится к конфликту с партнером; имеет высокую самооценку

Нежертвенный индивид

Обыватель

Агрессивен: стремится к конфликту с партнером; имеет низкую самооценку

Неагрессивен: стремится к компромиссу с партнером; имеет низкую самооценку

Лицемер

Агрессивен: стремится к конфликту с партнером; имеет высокую самооценку

Неагрессивен: стремится к компромиссу с партнером; имеет высокую самооценку

Теперь: есть опасность того, – и она постоянно реализуется, – что люди, принадлежащие к разным этическим системам, неправильно идентифицируют друг друга. Вот, смотрите.

Святой ЭС-1 и обыватель ЭС-2 имеют общие черты: они оба неагрессивны, стремятся к компромиссу, обладают низкой самооценкой. Поэтому их можно перепутать друг с другом. Это, кстати, была обычная ошибка эмигрантов из СССР лет тридцать назад. Человек вел себя сверхскромно на интервью при приеме на работу, говорил: и это он не может, и это, – он-то пытался выглядеть хорошо, а выглядел плохо.

Святой ЭС-2 и обыватель ЭС-1 тоже одинаковы, герой ЭС-1 и лицемер ЭС-2 – тоже. Поэтому одни и те же черты нормативной личности, которые реализуются на живых персонажах, воспринимаются совершенно неодинаково.

Инт: И как же их отличить?

В.Л.: По знанию двух этических систем. Здесь интуиции недостаточно. Она мешает. Она заставляет нас проецировать нашу собственную сетку трафаретов нормативного поведения вовне, на другую систему.

Инт.: Но есть ли какая-нибудь проба?

В.Л.: Есть. Эта проба – философия. В первой этической системе цель не оправдывает средства. Во второй – оправдывает. Так что вы должны независимо от этих портретов попытаться выяснить этот вопрос.

Например, я в книге (глава 15 – с. 135) анализировал героев «Преступления и наказания» Достоевского. И получается, что он как бы знал это. Если говорить психоаналитически, то его Эго знало всю эту таблицу. Он высоко оценивал жертвенных индивидов и низко – нежертвенных. Ему было в каком-то смысле все равно, к какой этической системе принадлежит индивид. Он как раз и проводил этот самый тест.

Вот попытка ответить на Ваш вопрос. Потому что люди, которые лишь понаслышке знают о двух этических системах, думают, что в них существуют только герои. И сразу возникают вопросы. Но американское правительство в рамках ЭС-1 ведет себя негероически (а противостоят-то ему герои и святые в смысле ЭС-2), и это сразу же вызывает очень подозрительное отношение в мире и у населения США.

Инт.: Спасибо. Давайте немного сменим тему. Скажите, как Вы оцениваете возможности смены заложенной в человека этической системы с помощью различных внешних средств: массмедиа, рекламы, пропаганды и т.д.?

В.Л.: Вот что я вам должен сказать. Первое издание моей книги пользовалось большой популярностью у интеллигентных эмигрантов из разных стран. То, о чем мы говорили, – это понимание дает ответ на вопрос, в чем причина неудач, преследующих людей, приехавших сюда, в США. Люди из стран, где реализована вторая этическая система, старались вести себя (с их точки зрения) достойно: отстаивали с пеной у рта свою точку зрения – и бывали шокированы, когда их просто увольняли с работы. Трафарет поведения лица в ЭС-1 совершенно иной: человек протягивает вам руку, он улыбается – но это совсем не значит, что он не сообщит вам в конце разговора смертный приговор. Форма самопредставления иная. Культура общения, коммуникации предопределена этической системой. Вы можете увидеть двух американцев, которые разговаривают как близкие друзья, являясь открытыми смертельными врагами.

Инт.: «Это только бизнес, ничего личного».

В.Л.: Да. Это реализация достойного пове­дения. Если вдруг один повысит голос, то это будет оз­начать, что он морально проиграл. В американских ко­медиях этот момент обыгрывается очень тщательно: у сильного человека не хватило силы, и он скатился в обы­вателя и лицемера. Стандартный комедийный трюк.

Теперь. Я не верю, что взрослый человек может из­менить надетую на себя этическую систему. Однако он может создать себе очень хорошую маску. И вести себя адекватно, понимая, что происходит. Один мой приятель рассказывал, что когда он входит в лифт, он закрывает глаза и руками делает улыбку, потому что мышцы лица плохо слушаются его. Он несет свою маску до своего кабинета и расслабляется, и его лицо – как он говорит – принимает удобный и привычный для него звериный оскал.

Инт.: А второе поколение эмигрантов?

В.Л.: Абсолютные американцы. ЭС-1. Как только вы берете ребенка и сажаете его у американского те­левизора – все. Независимо от того, какие ужасы он по нему смотрит, – это первосистемная культура, пер­восистемное телевидение, первосистемное развитие мышц лица, соответствующая жестикуляция, гримаска. Поле создается такое, против которого ничего нельзя сделать. Я бы даже сказал, что во мне, в старом эмигранте, существуют как бы две личности. Я их ощущаю в самом себе, они в плохих отношениях друг с другом. Они по разному смотрят на жизнь и по-разному умеют делать одни и те же вещи.

Инт.: Большое спасибо за Ваше интервью. ·

С вопросами по поводу приобретения
книги В.А.Лефевра «Алгебра совести»
обращайтесь по адресу: visu@psychol.ras.ru

СФЕРА ЧТЕНИЯ

29 октября 2002 г. исполнилось 80 лет А.А.Зиновьеву. К этой дате философский факультет МГУ подготовил подарок – юбилейное издание под названием «Феномен Зиновьева» (Составители – А.А.Гусейнов, О.М.Зи­новьева, К.М.Кантор, М., Изд-во «Современные тетради», 2002, 400 с.). Цель сборника, как пишут составители, «дать более-менее суммарное и объективное представление о личности и многосторонней творческой де­ятельности» Зиновьева. В каждой части, представляя­ющей эту многогранность, опубликованы 2-3 характерных отрывка из произведений самого Зиновьева, после чего следуют статьи о нем. Части книги таковы: «Формула жизни», «Логика», «Художественная проза», «Социология», «Идеология», «Публицистика», «Поэзия», «Картины и рисунки» (замечательные). В конце книги – библиография и собрание кратких высказываний-отзывов.

Утверждения о Зиновьеве, содержащиеся в разных статьях, иногда противоречат друг другу (это особенно заметно в разделах «Логика» и «Социология»), однако все тексты объединяет искренняя любовь к этому великому человеку.

А Институт философии РАН к этой же дате издал аутентичный текст диссертации А.А.Зиновьева «Восхождение от абстрактного к конкретному (на материале «Капитала» К.Маркса)» (М., 2002). Предисловие к этой книге написал К.Кантор, где рассказал об истории написания и защиты этой диссертации.

В.А.Ванюшин. Устойчивое развитие общества.  (М., «Анкил», 2002). Книга посвящена памяти Г.П.Щед­ро­виц­кого. В ней на основе последовательно проведенного системо-деятельностного подхода рассмотрен широкий, почти исчерпывающий круг общественных явлений и структур, без анализа которых нельзя подходить к решению проблем общественного развития.  Работа представляет собой пример использования в рамках научного по своему характеру текста средств деятельностного и системного подходов, представленного, например, в книге «Педагогика и Логика» (1968 г.). Названия глав книги: «Представление в системной форме знания процессов жизнедеятельности общества», «Системное управление процессами жизнедеятельности об­щества», «Процесс эволюции общества» (с параграфом «Методологическая деятельность – запускающий механизм процесса эволюции») и «Новый этап процесса эволюции: Россия и государства планеты на пути к ноосферному, системно организованному, устойчиво развивающемуся единому обществу».

«К сожалению, почти за 30 лет с момента формулирования категорий системы-2 не были разработаны методы системного исследования, проектирования и управления», – пишет автор. Задачу своей работы он видит в восполнении этого пробела.

Назначение методологии, по В.Ванюшину, – обеспечение необходимыми категориально-понятийными средствами представления в системном знании деятельности управления процессами жизнедеятельности общества.

Жаль, что об этой книге не удалось написать раньше – она вышла уже в 2000 г. Просто в раздел «Киноискусство» методологи редко заглядывают – а то бы уже давно мы сообщили о книге А.Митты «Кино между адом и раем» – учебное пособие по тому, как написать замечательный сценарий и сделать классное кино. А. Митте удалось сформулировать «вечные законы» построения драмы и драматических ситуаций, рассмотреть их на множестве примеров, в том числе и из великой литературы и кинематографии, и донести до всех желающих в виде трех сотен схем, органически вплетенных в ткань книги.  Прекрасное руководство к действию, за которым стоит определенная – но отнюдь не простая и не примитивная – схема. Автор разбирается со «структурными элементами энергии фильма», он обсуждает вместе с читателем, что такое саспенс, драматическая ситуация, конфликт, событие, бреши и барьеры, что такое стратегия энергии. В конце книги приведен список глаголов активного действия.

Автор предназначил свою книгу для того, кто хочет написать сценарий, поставить фильм и сыграть в нем главную роль. Ее, однако, с удовольствием и пользой прочтут методологи – поскольку  методология есть приключение и драма духа, игротехники – поскольку строят сценарии и закручивают конфликты, политтехнологи – поскольку разворачивают ситуацию до выборной кульминации, и организаторы и управленцы – кто же, как не они, работает с высоким напряжением жизни.

Довольно странно выглядит жанр издания – «учебно-методическое пособие» – при названии книги «Возможности поколения и индивидуальные шансы». Однако несмотря на это, книга получилась одновременно и концептуальной, и технологичной, и справочной (авторы – А.А.Попов, И.Д.Проскуровская, М.Г.Балашкина, М.Ю.Юрасова, подзаголовок – «Модульная организация открытого гуманитарно-управленческого образования юношей: опыт размышления и действия», М.–Томск, 2003).

В книге – шесть частей. Во-первых, это социальные контексты построения программ открытого образования, где авторы утверждают первостепенную значимость в современном обществе именно открытого, нешкольного, образования, которое может служить ба­зой в процессе организации юношами и девушками собственной жизни, инфраструктурной площадкой под­держки принятия ими ответственных решений – и являться прообразом образовательной институции нового типа. Во-вторых, авторы обсуждают концептуально-технологические основания построения своей об­разовательной программы, вводя типологию современных антропопрактик, понятие Человеческого потенциала и иные необходимые понятия, и обсуждая антропологические эффекты своей программы. Далее описан собственно учебный блок, затем программы и сопровождающие материалы и ресурсы программы (отнюдь не второстепенные разделы!).

В какой-то мере данную программу можно рассматривать как реализацию на новом материале и совершенно новыми участниками программы педагогических исследований, заявленной и начатой Г.П.Щедровицким в книге «Педагогика и логика» (1968). Нынешнее время предоставляет гораздо больше практических возможностей для подобных планов – но, соответственно, уменьшает возможности теоретического осмысления. И, тем не менее, образчик, заданный в «Системе педагогических исследований», был совершенно определенно взят авторами и применен в собственной ситуации.

В свою очередь, «Возможности поколения» могут с успехом использоваться всеми теми, кто захочет реализовать, описать и защитить (например, на грант) свою собственную образовательную программу – сама структура и состав описания может рассматриваться как добросовестный образчик такого описания.

Добавим только, что эта книга является уже пятой в издательской серии «Философия и педагогика самоопределения».

«Отечественные записки» (Журнал для медленного чтения), издающийся с декабря 2001 г., почти весь свой седьмой выпуск 2002 года (380 страниц из 500) посвятил науке. Точнее, «блеску и нищете российской науки», как это обозначено на обложке. Редакционное введение к номеру убедительно объясняет, почему такая тема своевременна именно сейчас: «Недавно государство, похоже, повернулось к науке, как минимум, боком, <после того, как много лет отворачивалось от нее> и стало ее пристально рассматривать. Тут же выяснилось, что чем внимательнее науку рассматривать, тем больше возникает вопросов. Что, собственно говоря, такое наука вообще и отечественная наука в частности? Как она организована? Можно ли без нее прожить? Как соотнести затраты на науку и итоговую прибыль?… Насколько нам известно, именно сейчас власть формулирует для себя, что она хочет от российской науки и как намерена этого добиваться.»

В этой ситуации, действительно, оказывается весьма полезным обсудить вопросы не совсем обычного толка: касающиеся оснований, казалось бы, всем известных суждений о науке, что и выполнено с большим вкусом в этом номере «ОЗ». При этом выясняется ряд обстоятельств, на которые обычно просто не обращают внимания. Простейшее из них – то, насколько разные вещи понимают под наукой ученые, научные чиновники, государственные чиновники, бизнесмены – список можно продолжить. Или то, насколько наука внутренне неоднородна, сколь сильно она зависит от многочисленных структур использования ее разнообразных результатов, – от моды не меньше, чем от военной доктрины, от своей институциональной организации не меньше, чем от мифов по ее поводу. А кто сказал, что подлинную науку можно делать только в государственных НИИ? Может быть, именно там-то ее и нет...

Выпуск получился поистине энциклопедичным: в нем собрана по-настоящему репрезентативная подборка позиций и мнений, дополненная, ко всему этому, рядом официальных справок и тезаурусов (рубрики: «Наука и государство», «Финансирование науки», «Организация науки», «Академоцентризм», «Наукограды», «Утечка мозгов», «Социология науки»). Особый интерес вызывает то, что, благодаря удачной редакторской работе, статьи выпуска вступают между собой в диалог, а не просто соседствуют рядом на страницах. Например, читатель начинает гораздо лучше понимать официальные цифры, касающиеся работы фондов, когда из авторских текстов он получает сведения о реальной практике этой работы (при этом свою позицию все авторы обозначают открыто, не прячась за объективным «положением дел»). Перед нами – профессионально сделанный полноценный многоголосый анализ ситуации в российской науке.

Материалы этого и всех других выпусков «ОЗ» доступны на сайте этого журнала www.strana-oz.ru.

Читайте в Сетевом спутнике «Кентавра» www.circle.ru/kentavr/fil/

Ю.М.Березкин. Проблемы и способы организации финансов. – Иркутск: Изд-во ИГЭА, 2001 – 248 с.

(Исторические типы организации финансов; Классические формы организации финансовой науки и финансовой практики; Общественные изменения в России: становление неклассических форм организации финансов; Инженерный подход к организации финансов меняющегося общества.)

Книга Ю.М.Березкина интересна чрезвычайно. Она принадлежит к редчайшему в нашей стране жанру – научной работе в гуманитарной сфере. Не безапелляционные рассуждения о судьбах России в частности и мировой цивилизации вообще. Но и не подробное изложение трагического события в городе N, случившегося в пять минут четвертого. «Просто» добротный анализ огромного фактического материала (в списке литературы более 300 работ, от газетных статей до И. Канта, причем по тексту Березкина понятно, что работы, на которые он ссылается, он действительно читал), затем его анализ, обобщение и, на основании этого анализа, выводы. И выводы именно про то, про что обещано – финансовая деятельность в России в последние годы.

Можно оспорить отдельные схемы или трактовки событий, приведенных в книге. Но это не имеет никакого значения, потому что автор делает выводы на основании анализа большого количества фактов. Можно возразить против выводов, но автор в лучших традициях Науки предъявляет свою логику – и возражающему придется предъявить свою. Главное впечатление от книги – добросовестно сделанная научная работа.

Еще одно достоинство можно выразить тезисом «ничего личного, только бизнес». Никакого морализаторства (по крайней мере, я не заметил). Это делает книгу воистину бездонным кладезем для любого любителя порассуждать о судьбах России – можно вешать любые интерпретации. Кроме того, эта книга – хороший источник исторических примеров и схем.

В общем, студентам – надо прочитать, остальным – иметь на полке.

П.Мрдуляш

Г.П.Щедровицкий. Перспективы  развития  сферы  архитектуры и  архитектурного  творчества

(Киев, Дом архитектора, Теоретический клуб, 11.10.1982)

«Для логиков, которые объявили тотальностью мышление, нынешняя ситуация иррациональна, алогична. А для тех, кто «ставил» на человеческий разум в его всевозможных формах — ситуация остается разумной, рациональной. И в этом парадокс этой нынешней ситуации.

Смотрите, что происходит: мир  подошел к такой черте в своем развитии, что он потерял осмысленность и духовность — он стал миром иррациональным и алогичным, а сохранение рациональности и логичности возможно лишь только за счет смены и развития смелого, — расширения разумности. Мы дошли до границы качества. И этим определяется момент. Т.е. сегодня основной фронт борьбы есть фронт борьбы за разумность в этом мире, за сохранение разумности, за ограничение глупости. А победить здесь можно, только смело расширяя разумные средства и методы работы. И не только средства, но и интеллектуальные функции, т.е. переходя от примата мышления к примату понимания, развертывающемуся на базе сверх-профессиональной или мета-про­фес­си­о­нальной коммуникации...»

Г.П.Щедровицкий «Культуротехника и культурология с системодеятельностной точки зрения: проблемы и перспективы»

(Полный текст трех сообщений: семинары от 07.11.1980,  06.12.1980, 16.01.1981, архивный номер 673. В сильно сокращенном виде был опубликован в 21 выпуске альманаха «Кентавр». Мы благодарны В.Проскурнину, превратившему эти тексты в файлы.)

«Я в первых двух докладах обсуждал сначала различие и взаимосвязь культуротехнического и культурологического подходов. В этой связи поставил вопрос о разных попытках и направлениях задания культуры как идеального объекта... Затем обсудил тот способ, каким мы вводим общее представление о культуре как таковой, а именно — системодеятельностные представления о культуре. Я рассмотрел, точно так же, историю развития культурологических представлений в Европе, США, СССР, и затем я перешел к обсуждению этапов выделения культуры как таковой и тех исторических форм фиксации ее, которые мы на сегодня знаем.

Но этот последний переход все-таки не был достаточно четко очерчен, поскольку не были специально обсуждены условия и техника предметизации. И поэтому сегодня, завершая обсуждение этой темы, я хочу вновь вернуться к этому отношению между онтологическим заданием культуры через схемы воспроизводства деятельности и направлениями предметизации, задающими собственно культурологию...»


E-mail    Поиск 
  Главная    Раздел     Вверх